ALog – Alex's Log
Обрывки мыслей, узелки на память, записки ни о чем.
Наблюдения, размышления и никаких истин в последней инстанции…
 

Сергей Ковалёв:  Открытое письмо.  Но почтальон не позвонит и однажды…

  (6) 
  Сергей Ковалёв   © "Права человека в России" Известный правозащитник, бывший политзаключённый, Сергей Адамович Ковалёв обратился с открытым письмом к президенту Путину, председателю Центральной Избирательной Комиссии Чурову и министру иностранных дел Лаврову. Письмо-то открытое, но кто ж его откроет?…

…Вашими, господа, целеустремлёнными усилиями в нашей стране, где едва пробивались ростки демократии, выборов – главного критерия демократии – снова не стало. И надолго. …Что происходит со страной, которая получает раболепный, кукольный парламент, декоративную конституцию, заказное правосудие и бесконтрольную, переназначающую самоё себя власть (как исчерпывающе выразительно одно только словечко «преемник», без малого 10 лет засоряющее наш политический лексикон), мы знаем не понаслышке – вряд ли здесь уместны подробности.

…Понятно, что ложь, несущаяся со всех ваших холопских экранов, бессильна скрыть избирательное шельмовство. Но несмотря на это вы вынуждены лгать беспардонно и безнадёжно, высокомерно и злобно набрасываясь на любые сомнения. …И прежде нашим лидерам нередко приходилось десятилетиями скучно и нагло врать, отрицая то пакт Молотова-Рибентропа, то катынский расстрел пленных поляков, то арест Валленберга, – словом то, что было очевидно всем окружающим. Теперь вот вы. Увы, история повторяется.

…Ложь, которую вы столь решительно вновь утвердили в государственном обиходе и от которой бессильны отказаться, обладает важным и весьма опасным свойством – я бы сказал, особой развращающей силой. Дело в том, что большинство ваших слушателей не верят вам, в том числе и ваши убеждённые сторонники. …Парадоксальная получается цепочка – вы лжёте, ваши слушатели знают об этом и вы знаете, что вам не верят, только делают вид, будто верят; но и им тоже известна ваша осведомлённость об их неверии. Все всё знают. Сама ложь уже не надеется кого-то обмануть, из средства обмана она зачем-то превращается в обыденный образ жизни, обычное и обязательное правило игры. …Что бы ни рассказывала теперь ваша команда о свободе, которая лучше несвободы, о праве на самовыражение и проч., эти напыщенные разговоры твёрдо (и справедливо, между прочим) воспринимаются как продолжение вашей неправды. «Мели, Емеля». Точно то же отношение и к велеречивой амбициозности ваших разглагольствований о непременных феноменальных и самых скорых наших успехах во всех, что ни на есть, отраслях, делах, проблемах. …Разве серьёзная политическая сила может опираться на такие общественные тенденции? Ну да, цинизм не гнушается верноподданническими восторгами, все отлично запомнили покупные стада ваших «наших» по полтораста рублей за штуку. И что же, это на них вы надеетесь, это они ваша опора в пышно анонсированных «инновациях» и прочих свершениях?

…Из жульничества, господа, ничего не рождается, кроме нового жульничества. На этом пути вы уже добились своей действительной главной цели. Публично вы важно называете её стабильность, на самом же деле это всевластие. Попросту говоря, модернизируя и усовершенствуя (цинично, но довольно искусно, надо признать) советские идеологию и политическую практику, вы построили в России политическую конструкцию, в которой у вас нельзя выиграть выборы. …Ни даже сколько-нибудь потеснить вас в парламенте. Ни даже оказать на вас заметное политическое влияние. Это закоулок, из которого ни одна тропинка не ведёт к демократии.

…Что делать в этой ситуации вам, мне не интересно. …Что делать стране, оказавшейся под вами, вот вопрос. …Нужны умные, смелые и очень добрые лидеры, которые сумели бы вместо крикливой фронды создать решительный, спокойный, упрямый, непримиримый протест и не дать ему выйти из русла великих мирных восточно-европейских побед над деспотизмом, не дать свалиться в кровь и коричневую чуму. Это невероятно трудно. В России это много труднее, чем в Польше и в Чехословакии, труднее даже, чем в Украине. Но кто обещал нам лёгкую жизнь? Я верю, что когда-то эти люди придут. Я не вижу другой возможности преодолеть наш постыдный нравственный кризис…